Эпоха стремительного роста зарплат в России подходит к концу. После двух лет, когда реальные доходы работников (с поправкой на инфляцию) увеличивались на 8–10% ежегодно, по итогам 2025 года динамика затормозит примерно вдвое, оценивают опрошенные РБК экономисты.

Официальной оценки изменения зарплат за прошлый год пока нет: последние данные Росстата доступны за октябрь 2025 года (.xlsx). Тогда среднемесячная зарплата в целом по стране достигла 99,7 тыс. руб. — годовой номинальный рост составил 14,3%. Однако с учетом инфляции динамика куда скромнее: в октябре она составила 6,1% год к году, а за 10 месяцев — 4,7% в годовом выражении, то есть в два раза меньше, чем в 2024-м.

Парадокс в том, что безработица остается на историческом минимуме — 2,1% в ноябре 2025 года, а компании по-прежнему жалуются на нехватку кадров.

Почему конкуренция за кадры не снижается вместе с ростом зарплат, как ситуация отличается в разных отраслях и насколько доходы российских работников вырастут в 2026 году — в материале РБК.

Почему затормозили зарплаты в 2025 году

По оценке профессора кафедры психологии и развития человеческого капитала Финансового университета Александра Сафонова, номинальные зарплаты в 2025 году вырастут на 8–10%, а реальные — на 3,5–4,5%, что близко к прогнозу Минэкономразвития (3,4%).

Он называет пять основных причин резкого замедления роста зарплат в 2025 году:

Исчерпание эффекта дефицита кадров. В 2022–2024 годах резкий рост зарплат был вызван нехваткой рабочих рук, особенно в промышленности, строительстве и IT. К 2025 году рынок частично адаптировался: компании перешли от «гонки зарплат» к неденежным стимулам.

Ужесточение денежно-кредитной политики ЦБ. Высокая ключевая ставка (16% на начало 2026 года) сделала кредитование бизнеса дорогим, снизив возможности в том числе для повышения зарплат.

Снижение прибыльности компаний. Рост издержек (логистика, сырье, обслуживание кредитов) сокращал маржу, особенно в малом бизнесе и розничной торговле. По данным Росстата, сальдированный финансовый результат организаций за 10 месяцев 2025 года сократился на 9,9% г/г.

Замедление экономического роста. Снижение темпов ВВП (прогноз Минэкономики на 2025 год — 1%) ограничивает потенциал для роста доходов населения.

Партнер налоговой практики консалтинговой компании «ТеДо» Карина Худенко считает, что ключевым среди этих факторов было именно снижение прибыльности компаний и их фокус на эффективность (то есть переход в режим экономии) — в том числе из-за увеличения налоговой нагрузки в 2025 и 2026 годах при замедлении потребительского спроса.

С охлаждением рынка труда все не так однозначно, отмечает руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая. Достигнув максимального «перегрева» в 2024 году, в 2025-м он показал признаки некоторой стабилизации — но снижение напряженности происходит медленнее, чем ожидалось. Безработица в ноябре вернулась к историческому минимуму и предприятия по-прежнему называют кадровый дефицит одним из основных ограничений расширения выпуска, напоминает она. Рост зарплат замедлился по сравнению с 2024 годом, и это заметно проявилось в данных за август и сентябрь, но в октябре динамика вновь ускорилась: до 14,3% г/г в номинальном выражении и до 6,1% г/г в реальном выражении против 13,1% г/г и 4,7% г/г, соответственно, в сентябре. Это косвенно указывает на сохранение нехватки сотрудников в ряде отраслей, полагает эксперт. Главные причины структурного дефицита кадров — сокращение трудоспособного населения и снижение притока трудовых мигрантов — остаются в силе, хотя рост зарплат в долгосрочной перспективе не стимулируют, отметил Сафонов.

«Напряженность на рынке труда снижается, но медленно. По опросам, сокращается доля предприятий, испытывающих дефицит кадров. Часть компаний продолжают переводить сотрудников на неполную рабочую неделю, однако в целом по экономике доля такой занятости остается небольшой», — отмечал ЦБ в резюме декабрьского заседания по ключевой ставке.

Оперативные данные указывают на быстрое нарастание конкуренции работников за рабочие места, что вскоре должно привести и к замедлению роста зарплат, обращает внимание Беленькая. Так, в декабре hh.индекс (соотношение количества активных резюме к количеству активных вакансий) вырос до 8,6 по сравнению с 8,1 в ноябре и 4,5 в предыдущем декабре, говорит она. Значения 4–7,9 указывают на здоровое соотношение между работодателями и соискателями, значения 8–11,9 — на высокий уровень конкуренции за рабочие места. Число открытых вакансий в декабре было на 27% ниже, чем год назад, а количество резюме, напротив, на 37% выше, добавляет эксперт.

С учетом этих данных, рост номинальных зарплат по итогам 2025 года можно оценить в 13–14%, а реальных 4,5–4,7%, считает Беленькая. Похожие оценки дают в ВТБ и «Эйлер» — 13% и 4% соответственно. Научный сотрудник лаборатории анализа лучших международных практик Института Гайдара Кирилл Черновол чуть более оптимистичен: он ждет роста номинальных зарплат на 13–15%, а с поправкой на инфляцию — на 4–6%.

Макроэкономический опрос, проведенный Банком России в декабре, предполагает рост на 13,3% и 4,1% соответственно.

Что происходит в отдельных отраслях

Рост зарплат в 2025 году оставался неравномерным по индустриям и уровням должностей, замечает Худенко. В частности, по общеиндустриальному обзору «ТеДо» рост фиксированного вознаграждения (гарантированной части оплаты труда) достигал 17%, рост совокупного вознаграждения (включающего переменную часть) колебался от 11,7 до 15,8% в зависимости от индустрии, рассказывает она: «Важно отметить, что эти цифры отражают решения о пересмотре вознаграждения, которые были приняты как в 2025, так и в 2024 году, когда давление рынка на заработные платы было более существенным».

По данным Росстата за 10 месяцев 2025 года (.xls), среди отраслей с наиболее высокими темпами роста средней зарплаты можно отметить табачную отрасль (+32,1%), производство одежды (+24,9%), гостиницы и предприятия общественного питания (+19,6%). «В производстве табачных изделий сальдированная прибыль выросла на 37%. В производстве одежды и гостинично-ресторанном комплексе скорее имел место догоняющий рост зарплат, так как в этих отраслях они пока остаются ниже средней по стране», — поясняет Беленькая. Прирост заплат в сельском хозяйстве и производстве одежды все еще идет выше среднего, так как в этих отраслях труд по-прежнему недооценен и людей труднее привлечь на работу, подтверждает аналитик Института комплексных стратегических исследований Елена Киселева.

Среди крупных отраслей самый быстрый рост наблюдался в IT и телекоммуникациях (+14% г/г за январь—октябрь): роль сыграл спрос на специалистов по искусственному интеллекту, рост значения кибербезопасности и популярность облачных сервисов, отмечает Сафонов. Также выделяются обрабатывающие производства (+11%) — в первую очередь оборонный комплекс, машиностроение и химпром из-за большого числа госзаказов и импортозамещения, а также логистика и транспорт (+8%) на фоне дефицита водителей и роста грузоперевозок.

«Дефицит кадров в рабочих специальностях и в принципе дефицит компетентных специалистов в разных сферах сохраняется. Прежде всего это инженерно-технические работники, врачи, продвинутые специалисты в IT и люди с навыками работы с ИИ в других сферах», — указывает Киселева.

Рост зарплат резко замедлился, в частности, в производстве автотранспортных средств (+6%) и добыче угля (+6,7%), а в добыче нефти и газа средняя зарплата даже немного сократилась (минус 0,6%), отмечает Беленькая. Это может объясняться существенным снижением финансовых результатов в соответствующих отраслях, считает она, — сальдированный убыток угольщиков составил 327,9 млрд руб., сальдированная прибыль в нефтегазовой промышленности сократилась вдвое (минус 51% г/г), в производстве автотранспортных средств — на 76%. Охлаждение темпов роста зарплат в добыче и нефтепереработке — следствие снижения цен на российские энергоресурсы и укрепления рубля, поясняет Латыпов.

Существенное замедление роста зарплат также заметно в розничной торговле (+3–5%), где роль сыграли низкая маржа и высокая конкуренция, сфере услуг (бытовые услуги, общепит, +4–6%) из-за избытка низкоквалифицированной рабочей силы, а также в медиа и креативных индустриях (+5–7%) на фоне насыщения рынка и роста конкуренции за бюджеты, указывает Сафонов.

Насколько вырастут зарплаты в 2026 году

В этом году Минэкономики ждет дальнейшего замедления роста реальных зарплат — до 2,4%. В макроэкономическом опросе Банка России усредненные ожидания аналитиков по росту зарплат с поправкой на инфляцию на 2026 год — 2,7%, а номинальных — 8,2%. Такие прогнозы согласуются с данными опроса предприятий ЦБ — компании планируют более сдержанно повышать зарплаты в 2026 году, чем в 2025‑м и в предыдущие годы. В 2027–2028 году, по прогнозу Минэкономразвития, рост зарплат будет чуть более уверенным (3,9% и 3,2%), но резких скачков прошлых лет уже не повторится.

«Охлаждение на рынке труда будет отражаться на дальнейшей динамике роста вознаграждения персонала. В частности, на 2026 год компании бюджетируют рост вознаграждения порядка 9%. Однако мы предполагаем, что реальный пересмотр будет ниже запланированного — в отличие от предыдущих лет, когда фактический рост превышал бюджетируемый», — указывает Худенко. Скорее всего, повышения зарплат будут более точечными, полагает Черновол: когда общий бюджет ограничен, деньги направляют туда, где риск ухода работника наиболее болезненный.

По оценке Сафонова, ключевыми факторами замедления зарплат по сравнению с прошлым годом будут:

• Замедление экономики: темпы ВВП ожидаются на уровне 1,5–2,5%;
• Инфляция: в 2026 году может вернуться к целевому ориентиру ЦБ 4%;
• Курс рубля: возможное ослабление повлияет на стоимость импорта и издержки;
• Спрос на труд: дефицит кадров в IT, производстве, медицине, образовании сохранится;
• Рост автоматизации: снизится потребность в низкоквалифицированных работниках;
• Финансовое положение предприятий: прибыльность бизнеса может пострадать от налоговой нагрузки и высоких ставок.

В целом по экономике дефицит трудовых ресурсов продолжит плавное охлаждение, ожидает Беленькая. «В пользу смягчения напряженности дефицита — продолжающееся замедление роста спроса в экономике вследствие бюджетной консолидации и жесткой ДКП, сокращение корпоративных прибылей, цифровизация и автоматизация, более сложная среда для малого бизнеса, ИП и самозанятых (частичный переток в наем)», — поясняет она.

Худенко согласна, что в 2026 году компании будут уделять больше внимания повышению производительности труда и искать способы снизить затраты, в том числе за счет внедрения технологических решений. «Бизнес также будет пересматривать свой ассортимент, исключая или снижая долю малоприбыльных товаров или услуг, чем снизят в том числе потребности в персонале до минимально необходимых», — прогнозирует она.

По оценкам большинства опрошенных РБК экспертов, рост зарплат в номинальном выражении замедлится до 8–9%, а в реальном — до 2–3%. Главный экономист «Эйлер» Елена Ахмедова ждет, что реальные значения за 2026 год будут ближе к верхним границам этих диапазонов: 8,5–9% и 3%, соответственно.

Где рост замедлится, а где ускорится

Сафонов прогнозирует, что торможение роста зарплат до 1–3% сохранится в розничной торговле, услугах и медиа, где будут продолжать действовать тренды прошлого года, а также начнется в строительстве (на фоне замедления ипотечного кредитования) и госсекторе (из-за лимитов по бюджетным расходам).

Опережающий рост зарплат (+6–10%) продолжится в IT и кибербезопасности, ОПК, транспорте и логистике, а также будет заметен в энергетике (включая возобновляемые источники энергии) из-за модернизации инфраструктуры и в частной медицине и биотехнологиях на фоне ухудшения демографии и реализации госпрограмм.

Худенко не согласна: по ее оценке, в ресторанном и гостиничном бизнесе, других услугах, сельском хозяйстве и строительстве высокий спрос на персонал сохранится, так как эти отрасли больше всех пострадали от ужесточения миграционной политики. «Необходимость привлекать персонал на должности, которые традиционно замещали мигранты, заставляет бизнес повышать оплату труда, однако людей в этих секторах сложно привлечь даже на более высокие оклады», — поясняет она.

Что изменится в практиках работодателей

С учетом того что рост зарплат снижается, работодателям придется удерживать работников не только деньгами, но и повышением привлекательности условий труда, отмечает Черновол. Из неденежных форм вознаграждения самые «понятные» — повышение гибкости графика работы, удаленная занятость, более прозрачные и понятные правила карьерного роста внутри компании, возможности обучения и повышения квалификации, а также ДМС за счет работодателя. «Безусловно, такие формы вознаграждения все равно повысят финансовую нагрузку на работодателей, но положительный эффект в смысле лояльности работников от таких форм может быть выше, чем небольшая прибавка к зарплате», — поясняет эксперт.

Конкуренция за кадры смещается от «зарплатной гонки» к комплексному предложению: зарплата, стабильная занятость, гибкость, возможные будущие перспективы, солидарен Сафонов. Кроме того, работодатели будут фокусироваться на удержании текущих сотрудников, а не на привлечении новых. Повышение оплаты труда в основном будет происходить через рост нагрузки, считает он.

Ахмедова же полагает, что по мере охлаждения рынке труда потребность в дополнительных усилиях со стороны работодателей в 2026 году, напротив, будет снижаться. «Это будет происходить постепенно — за периодами резкого роста напряженности на рынке труда часто следуют периоды «накопления» рабочей силы, когда компании сохраняют сотрудников даже при снижении потребности в них, чтобы потом не тратить силы на новые поиски», — заключает она.