Депутат Дорошенко ответил на иск об изъятии имущества
Депутат от «Единой России» Андрей Дорошенко после изъятия собственности обратился к генпрокурору и главе СКР. Он впервые прокомментировал дело против своих детей, антикоррупционный иск и связи с Вороновским
Андрей Дорошенко (Фото: Doroshenko_GD / Telegram)
Депутат Госдумы от «Единой России» Андрей Дорошенко обратился к генеральному прокурору Александру Гуцану с просьбой проверить на нарушения антикоррупционный иск, по которому у него изъяли имущество. Также Дорошенко написал письмо главе Следственного комитета Александру Бастрыкину, в котором попросил проверить основания для заведения уголовного дела по статье о мошенничестве в отношении его детей. Об этом Дорошенко рассказал РБК, впервые прокомментировав иск Генпрокуратуры и возбуждение уголовного дела в отношении его дочери и сына.
Всего в Генпрокуратуру и СК депутат направил четыре письма. Первое обращение в адрес генпрокурора было направлено 11 февраля с просьбой скорректировать исковые требования об обращении имущества в доход государства «в связи с их безосновательностью», рассказал он. Следующее датировано 24 февраля. В нем Дорошенко попросил проверить законность действий должностных лиц органов прокуратуры и полиции Краснодарского края «на предмет выявления неправомерного воздействия» на Дорошенко как депутата Госдумы, в том числе через его детей. Целью этих действий, по мнению парламентария, было прекращение им депутатской деятельности.
Следующее обращение депутат направил 25 февраля. В нем он попросил принять меры «в связи с неправомерным воздействием со стороны сотрудников правоохранительных органов Краснодарского края», упомянув в нем в том числе прокурора Сочи и начальника городского УВД. В тот же день было направлено письмо на имя Бастрыкина.
13 февраля депутату пришел ответ Генпрокуратуры на письмо от 11 февраля, в нем ведомство уведомляло, что начало проверку.
Еще одно обращение, уже как частное лицо, Дорошенко отправил 24 февраля в Высшую квалификационную коллегию судей. Он попросил проверить законность действий судьи Центрального районного суда Сочи Евгения Сидоренко при рассмотрении антикоррупционного иска Генпрокуратуры (судья удовлетворил иск об изъятии активов на 23 млрд руб.). «Считаю, что в его действиях имеются дисциплинарные нарушения, потому что в иске нет никакой доказательной базы», — заявил Дорошенко.
РБК направил запросы в пресс-службы СКР и Генпрокуратуры.
Об иске Генпрокуратуры стало известно 20 января. Ответчиками по нему проходили 29 физлиц, включая Дорошенко, его детей — 20-летнего сына Эльдара и 25-летнюю дочь Милану, бывшего депутата Госдумы от Краснодарского края Анатолия Вороновского и его родственников. В иске Генпрокуратура потребовала обратить в доход государства более 120 объектов недвижимости, а также доли в 27 компаниях, работающих в сфере дорожного строительства, проектирования и производства строительных материалов.
Прокуратура установила, что Дорошенко и Вороновский, став депутатами, не отказались от предпринимательской деятельности, допустили конфликт интересов и использовали служебные полномочия для извлечения незаконного дохода в сфере дорожного хозяйства Краснодарского края.
В начале февраля детей Дорошенко обвинили в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК). К тому времени они уже были арестованы. Милана и Эльдар Дорошенко — учредители нескольких дорожных компаний. Генпрокуратура в антикоррупционном иске указала, что фактический контроль над этими структурами осуществлял их отец — действующий депутат Госдумы, а регистрация долей на детей носила номинальный характер и была направлена на сокрытие участия Дорошенко в коммерческой деятельности.
19 февраля суд в Сочи обратил в доход государства активы Дорошенко, Вороновского и других лиц на сумму около 23 млрд руб.
«Тендеры выиграны, работы не выполнены»
Дорошенко заявил РБК, что все происходящее вокруг его семьи — попытка давления на него как на депутата Госдумы. «На протяжении моей депутатской работы по одномандатному округу № 52 ко мне приходили обращения. На основании этих обращений я направлял запросы в краевую прокуратуру и другие местные правоохранительные органы. На что не получал ответа по существу, — говорит он. — После этого я начал отправлять письма в Генпрокуратуру, Следственный комитет России и другие органы». Обращения, по словам депутата, касались социальной сферы, услуг ЖКХ, тарифов, качества дорог и т.д. «Запросы были очень неудобные для отдельных людей. Например, есть школы, садики, поликлиники, к возведению которых много вопросов. Тендеры выиграны, работы не выполнены, деньги не возмещены. Снова конкурс, снова дают авансы, снова финансовый ущерб», — рассказал депутат.
По его словам, он также писал обращения в Генпрокуратуру и просил проверить деятельность министерства транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края и его руководства (ведомство ответило в декабре, что организовало проверку).
В основу уголовного дела Миланы и Эльдара Дорошенко легли показания министра транспорта и дорожного хозяйства края Алексея Переверзева, сообщали источники РБК. Он полностью признал свою вину в мошенничестве и заключил досудебное соглашение. Его арестовали 22 января, спустя неделю изменили меру пресечения на подписку о невыезде.
По словам Дорошенко, об иске Генпрокуратуры, а также об уголовном деле в отношении детей он узнал из публикаций в интернете. Какие-либо следственные действия, в том числе опросы или допросы, с участием Дорошенко по иску Генпрокуратуры не проводились. По уголовному делу его не могут привлекать, так как депутаты Госдумы имеют иммунитет. Снять его можно только по представлению Генпрокуратуры, если Дума даст на это согласие.
«Это же мои дети, ну как я не буду им давать советы»
В иске Генпрокуратура указывала, что Вороновский и Дорошенко после получения депутатских мандатов не отказались от контроля над активами. Согласно выводам ведомства, доли в компаниях формально были переоформлены на родственников, но фактически бизнесом руководили депутаты. Следствие по уголовному делу считает, что компании, учредителями и владельцами которых числятся Милана и Эльдар Дорошенко, использовались для хищения бюджетных средств. Речь идет, в частности, об ООО «Северское ДРСУ», ООО «Арма-Лайн» и ООО ПКФ «Дорожно-транспортная компания (ДТК)».
«Когда я перешел в Госдуму, компаниями начали заниматься мои дети. Я не был учредителем. Это семейный бизнес, его начинал еще мой отец. Все было в рамках законодательства», — говорит Дорошенко. Он утверждает, что, став депутатом, давал советы детям по ведению предпринимательской деятельности, но не руководил компанией: «Это же мои дети, ну как я не буду им давать советы? Но не более того. Тем более с моим опытом: я профессиональный дорожник, я не создал ДТК, но был ее директором почти 20 лет».
Отвечая на вопрос о том, на основании чего строилось обвинение, предъявленное его детям, Дорошенко ответил: «Вот и пусть разберутся. Но там ничего нет, вообще ничего. Просто они являются заложниками ситуации».
Сайт ДТК не работает с начала февраля. На нем висит заглушка о проводящихся технических работах. Сайты других дорожных компаний из дела найти не удалось.
«Никакие миллиарды через Союз не проходили»
В иске Генпрокуратуры говорится, что распределение дорожных контрактов, а также согласование размера вознаграждений происходило на площадке краевой ассоциации «Союз дорожников Кубани», которую возглавлял Андрей Дорошенко. Ведомство уточняло, что членство в ней было фактически обязательным для участия в закупках. Полученные средства легализовывались через фонд «Моя Кубань», созданный в 2017 году, говорится в иске. Через фонд они проходили как пожертвования. По оценке Генпрокуратуры, с 2017 по 2024 год 46 предприятий дорожной отрасли внесли в фонд более 1,9 млрд руб.
«Я действительно был президентом «Союза дорожников Кубани». Но эта организация — как профсоюз. Она была организована до меня и работала после моего ухода. Ветеранов поздравить, в футбол поиграть. Никакие миллиарды через него не проходили. Все это можно проверить», — утверждает Дорошенко. К фонду «Моя Кубань», по словам депутата, он не имел никакого отношения.
На вопрос об отношениях с Анатолием Вороновским Дорошенко сказал, что они знакомы «на уровне «здравствуйте — здравствуйте»: «Мы с ним практически не общались ни до нашего депутатства, ни во время. Я знал, что он Вороновский, он знал, что я Дорошенко, и все».
Вороновский, как и Дорошенко, работал в дорожном хозяйстве Краснодарского края. В 2016 году он был назначен министром транспорта региона. В 2017 году стал вице-губернатором, курировал министерства ТЭК и ЖКХ, транспорта, региональную энергетическую комиссию. Дорошенко с 2002 года возглавлял ООО «Производственно-коммерческая фирма «Дорожно-транспортная компания» (ПКФ ДТК). ПКФ ДТК является крупным подрядчиком по госконтрактам на дорожные работы. По данным СПАРК, только за период с 2021 по 2025 год компания заключила соглашения на общую сумму более 23 млрд руб. Крупнейшим заказчиком было министерство транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края. С 2018 по 2021 год Андрей Дорошенко возглавлял региональное отраслевое объединение «Союз дорожников Кубани». В 2021 году Вороновский и Дорошенко были избраны от региона депутатами Госдумы («Единая Россия»).
11 ноября 2025 года Госдума по представлению Генпрокуратуры согласилась лишить Вороновского депутатской неприкосновенности и разрешила завести в отношении него уголовное дело. Спустя два дня дело было заведено по ч. 6 ст. 290 УК (получение должностным лицом, занимающим государственную должность, взятки в особо крупном размере). 2 декабря Дума досрочно лишила Вороновского полномочий после его заявления об отказе от мандата. На следующий день суд его арестовал. Вороновский вину не признал.
Дорошенко заявил РБК, что считает, что в отношении него процедура лишения неприкосновенности не будет инициирована: «Нет, не думаю. С чем они выйдут? Нет, я не думаю об этом. Я просто выполняю свою работу».
