Что будет с Ираном после гибели аятоллы Али Хаменеи. Верховный лидер Исламской Республики погиб в результате ударов Израиля и США
В результате ударов Израиля и США по Ирану убит аятолла Али Хаменеи, который правил Исламской Республикой более 36 лет. Подробнее о том, как погиб верховный лидер и что это значит для страны, — в материале РБК
Женщина плакат Али Хаменеи на площади Энгелаб в Тегеране, Иран (Фото: Majid Saeedi / Getty Images)
В результате ударов Израиля и США по Исламской Республике, осуществленных 28 февраля, погиб верховный лидер Ирана Али Хаменеи. Власти страны подтвердили его смерть в ночь на 1 марта.
Президент Ирана Масуд Пезешкиан заявил, что, убив верховного лидера, Израиль и США объявили войну мусульманам — особенно мусульманам-шиитам — по всему миру. «Исламская Республика Иран считает месть виновникам и командирам этого исторического преступления своим законным долгом и правом и сделает все возможное, чтобы исполнить этот великий долг», — приводит слова Пезешкиана агентство IRNA.
В воскресенье Израиль и США продолжили наносить удары по Ирану, а Иран — атаковать Израиль и страны Персидского залива, где расположены американские военные базы. Кроме того, Тегеран перекрыл Ормузский пролив — один из ключевых торговых маршрутов, через который идут около 20% мировых поставок нефти и 30% — сжиженного природного газа.
Как погиб верховный лидер Ирана
Первым о гибели верховного лидера сообщил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Вечером 28 февраля в эфире израильского телевидения он рассказал, что резиденция Хаменеи была одной из целей израильских ударов и что «есть много признаков» того, что верховного лидера больше нет в живых. За этим последовали сообщения западных и израильских СМИ, в которых их источники подтверждали гибель Хаменеи, а вскоре с заявлением по этому поводу выступил президент США Дональд Трамп.
«Хаменеи, один из самых ужасных негодяев в истории, мертв. Это не только справедливость для народа Ирана, но и для всех великих американцев и людей из многих стран по всему миру, которые были убиты или изувечены Хаменеи и его бандой кровожадных бандитов», — написал Трамп в Truth Social. И повторил призыв к жителям Ирана взять власть в свои руки; Корпусу стражей исламской революции (КСИР) американский лидер предложил «мирно присоединиться к иранским патриотам», чтобы «вернуть стране величие, которого она заслуживает».
Иран уже, заявил Трамп, значительно разрушен, «если не стерт с лица земли». Однако «тяжелые и точечные бомбардировки будут продолжаться без перерыва» минимум неделю — и в целом столько, сколько потребуется, пока на Ближнем Востоке не будет достигнут мир, подытожил президент США.
Тегеран поначалу гибель Хаменеи отрицал — так, иранское агентство Tasnim, ссылаясь на близкий к офису аятоллы источник, сообщало, что «верховный лидер твердо и уверенно руководит ситуацией на поле боя». Представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи утверждал, что верховный лидер и президент страны «в безопасности и чувствуют себя хорошо».
Однако в ночь на 1 марта несколько иранских информагентств сообщили о том, что Хаменеи был убит в своей резиденции в Тегеране. Правительство объявило в стране 40-дневный траур, а следующие семь дней будут нерабочими в знак скорби.
Примерно тогда же на странице Хаменеи в соцсети X появился первый с начала американо-израильской операции пост. Это был аят (стих) 33:23 из Корана с прикрепленной к нему фотографией Хаменеи. «Среди верующих есть мужи, которые верны завету, который они заключили с Аллахом. Среди них есть такие, которые уже выполнили свои обязательства (или умерли), и такие, которые еще ожидают, но никак не изменяют своему завету», — говорится в аяте.
По информации The Wall Street Journal (WSJ), израильская авиация сбросила на резиденцию Хаменеи 30 бомб (всего как минимум 200 самолетов участвовали в ударе, атакуя 500 различных целей). Спецслужбы США и Израиля ставили перед собой задачу в ходе этой атаки ликвидировать верховного лидера — как написала The New York Times (NYT), в течение нескольких месяцев за ним следило ЦРУ; управление выяснило, что утром 28 февраля в его резиденции пройдет встреча с высокопоставленными иранскими чиновниками.
Чуть позже Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) пояснила, что верховный лидер был убит в своем центральном руководящем комплексе в центре Тегерана вместе с другими высокопоставленными чиновниками. Всего, по сообщениям ЦАХАЛ, были убиты 40 военных командиров. Тегеран подтвердил, что, в частности, погибли начальник Генштаба Абдулрахим Мусави и министр обороны Азиз Насирзаде.
Кто руководит Ираном вместо Хаменеи
Хаменеи был верховным лидером Ирана с 1989 года, он заменил на этом месте первого верховного руководителя страны, лидера Исламской революции 1979 года Рухоллу Хомейни. В течение двух лет после революции он входил в руководство республики, а с 1981 по 1989 год был президентом Ирана.
По Конституции Исламской Республики (статья 111), нового верховного лидера избирает так называемый Совет экспертов — конституционный орган из 88 исламских богословов, которых граждане страны избирают прямым тайным голосованием на восемь лет. Рухолла Хомейни умер 3 июня 1989 года, и уже на следующий день Совет экспертов назначил Али Хаменеи новым духовным лидером.
Глава МИД Ирана Аббас Арагчи допустил, что на этот раз выборы пройдут так же скоро — в течение одного-двух дней. «Если их цель — смена режима, то это невыполнимая миссия. Отсутствие или смерть лидера этого не означает, — заявил он. — <...> Государственные институты остаются на своих местах, и у нас действуют конституционные процедуры».
Процесс избрания нового лидера конституционен, но политически непрозрачен, говорит научный сотрудник Ланкастерского университета Гай Бертон. «У нас очень мало достоверной информации о вероятных кандидатах. Были предложены имена, в том числе лица, связанные с различными фракциями режима, и даже упоминался второй сын верховного лидера. Но отсутствие у него формальной должности и видимость династической преемственности делают его избрание далеко не простым делом», — сказал РБК эксперт.
Выборы верховного лидера напоминают папский конклав, продолжил Бертон, — он строго контролируется и раскрывается только после достижения консенсуса. «У режима есть веские причины действовать быстро, чтобы продемонстрировать преемственность и стабильность, — подчеркнул аналитик. — Однако ошибочно представлять это как противостояние духовенства и КСИР. Система глубоко взаимосвязана. КСИР — это не просто военный институт; он интегрирован в экономику, политику и аппарат безопасности. Любой вероятный преемник почти наверняка будет иметь налаженные связи с КСИР».
До тех пор, пока не избран новый лидер, страной управляет Руководящий совет из трех человек — в него входят президент страны, глава судебной власти и один из членов Совета стражей Конституции (надпарламентский орган, аналог Конституционного суда). После гибели Хаменеи во временный Руководящий совет вошли Масуд Пезешкиан, глава судебной власти Голям Хоссейн Мохсени-Эджеи и член Совета стражей Конституции аятолла Алиреза Арафи.
Большой вопрос, справится ли этот триумвират с внутренними проблемами в Иране и, самое главное, с войной, которая сейчас идет между республикой и Израилем с США, говорит старший научный сотрудник Института востоковедения РАН профессор Владимир Сажин. «На мой взгляд, КСИР допустил две колоссальные ошибки. Во-первых, обстрелял практически все страны Персидского залива. Во-вторых, перекрыл Ормузский пролив, — сказал РБК эксперт. — Каким теперь будет отношение к нему стран региона — добывающих и экспортирующих нефть? КСИР просто присоединил к антииранской коалиции страны региона».
По оценке Сажина, это усугубляет положение Исламской Республики. «Кто же даст Ирану долго блокировать Ормузский пролив? А решение этого вопроса предполагает уничтожение флота, — отмечает эксперт. — Поэтому можно предполагать, что война ужесточится».
Насколько гибель Хаменеи критична для Ирана
В момент гибели Хаменеи было 86 лет. В последнее время — особенно после 12-дневной войны с Израилем в июне 2025 года — его старались прятать, говорит Сажин, и негласно Хаменеи передал управление страной Али Лариджани, секретарю Высшего совета национальной безопасности Ирана, бывшему спикеру парламента (2008–2020). «Поэтому особого разрыва в управлении страной не произошло, — продолжает эксперт. — Но, с другой стороны, Хаменеи был символом, и психологически это сильный удар — особенно по сторонникам жесткого исламского правления».
«У власти сейчас находятся сторонники и продолжатели курса Хаменеи, поэтому ждать, что в условиях боевых действий они этот курс резко изменят, не стоит, — сказала РБК научный сотрудник Центра ближневосточных исследований ИМЭМО РАН, автор телеграм-канала «Иран без паники» Евдокия Добрева. — На текущем этапе это будет оборона и попытки возмездия за гибель символа страны». Эксперт также обращает внимание на фигуру Лариджани, которому верховный лидер очень доверял. Заменить аятоллу во главе страны он не сможет, поскольку не является богословом, уточняет Добрева, однако не исключено, что он будет действовать в роли некоего серого кардинала, обеспечивая преемственность курса Исламской Республики.
По оценке Сажина, Иран и без войны находился в условиях системного кризиса. «Это и финансы, и экономика, и политико-социальная сфера, и экология. Сейчас нет ни одной области, где бы этот кризис не проявлялся», — отметил эксперт. Он называет два сценария, по которым могут развиваться события: либо революционная смена системы, либо эволюционные изменения, которые потребуют кардинальных реформ.
«Я уверен, что после этой войны Исламская Республика, если она вообще сохранится, совершенно точно уже не будет такой, какой была до войны, — резюмировал аналитик. — Управлять, как прежде, верхи больше не смогут. Но для революции снизу нужно выполнить еще ряд условий, одно из них — чтобы силовые структуры перешли на сторону протестующих, а их в Иране много».
Фрагментация элиты в Иране теоретически возможна, считает Гай Бертон, но в настоящее время представить ее все-таки трудно. «Цена краха режима для его руководителей — юридическая ответственность, экономические потери и потенциально личный риск — чрезвычайно высока. Поэтому при отсутствии видимых расколов внутри ключевых институтов — особенно в аппарате безопасности — массовый отток элиты в ближайшее время представляется маловероятным», — резюмировал эксперт.
