«Предупредили: у вас не будет денег»

– Вы прекращаете работать только над бюллетенем, остаетесь работать в«Вышке» и Центре развития?

– Вы знаете, из «Вышки» как директор по макроэкономическимисследованиям я уволился, это произошло месяц назад, просто «Вышка»почему-то не внесла этих изменений на сайт. А в Центре развития – да,остаюсь работать.

– Чем вы там занимаетесь?

– Своей работой: анализирую российскую экономику, экономическую повестку.

– То есть вы будете готовить обзоры по-прежнему, но не афишировать свою работу?

– Просто кому-то не нравится, что мое имя фигурирует в бюллетене.Дело даже не в претензиях к тому, что там написано, дело в том, что напервой странице – мое имя. В этом проблема.

– А кому не нравится, вы знаете? В чем это выражается?

– Мне этого не говорят.

– А почему вы сказали, что не хотите поставить под удар своих друзей?

– Потому, что Центр развития – при «Вышке», финансируется ВШЭ изаказами из госструктур. Макроэкономические исследования нефинансируются частным бизнесом. Я же знаю свою историю, как мнефинансирование перекрыли. Я понимаю, что если я буду упираться сЦентром развития – у моих друзей будут проблемы.

– А как вам финансирование перекрыли?

– Это происходило в течение последних полутора лет. Собственно говоря,вас приглашают ваши контрагенты и говорят: «Знаешь, мы решилипрекратить эту работу. Нам это больше не интересно». И так в течениетрех месяцев делают все, с кем у тебя были более-менее долгосрочныеотношения.

– Что сейчас изменилось, почему раньше вы работали над бюллетенем, аименно сегодня уже не можете?

– Изменилось ровно то, что наличие моей фамилии как редактора вызываетнеприязнь у людей, которые могут повлиять на финансирование Центраразвития.

– Ваши друзья еще с какими-то проблемами пока не сталкивались?

– Их предупредили: у вас не будет денег.

– Некоторые СМИ восприняли ваше письмо так, что именно ваш последнийпост с критикой Центробанка повлиял на то, что на вас оказалидавление.

– Нет, дело не в том, что я пишу, а только в моей фамилии.

«Можно смело печатать доходы»

– Какова ваша оценка нынешней макроэкономической ситуациив России – насколько она зависит от внешних, а насколько от внутренних факторов?

– Я бы сказал, один к двум. На одну часть – от внешней, на две части –от внутренней политики. Конечно, то, что происходит в стране, зависитот того, какая [внутренняя] политика проводится.

– Если противостояние с Западом будет продолжаться, как исанкции, и структурных реформ по-прежнему не будет – насколько хватитзапаса прочности?

– Я считаю, что два-три года бюджет может выполнять все своиобязательства, тем более, что можно смело идти на девальвацию,печатать доходы. Радость ситуации для правительства заключается в том,что практически нет долга, заимствования можно безболезненноувеличивать и за счет этого финансировать расходы. Поэтому говорить отом, что у нас будет катастрофа завтра или даже через два года –нельзя, это неправда.

– Но ведь инфляция – это тоже не совсем полное выполнениеобязательств, значит, в реальном выражении они будут уменьшаться?

– Подождите, вы когда-нибудь слышали про бюджет в реальномвыражении, чтобы закон принимался в реальном выражении? У нас иоборонный заказ фигурирует в номинальном выражении, кого волнуетреальное выражение? Только статистиков и исследователей.

– Многие сейчас говорят, что изменился подход к бюджету. Выбы назвали бюджет мобилизационным?

– Не думаю. Бюджет нельзя изменить радикально. Радикально – это, вмоем понимании, с полпроцента увеличить дефицит до 5% ВВП. А то, что вочередной раз конфисковали пенсии или занизили прогноз по инфляции,тем самым планово сократили какие-то расходы – все эти хитростиМинфина давно известны, всегда были и всегда будут.

Споры о независимости ЦБ не имеют содержания

– Возвращаясь к вашему посту [в блоге livejournal] про ЦБ – выкритиковали именно регулятор или скорее правительство за то, что ЦБпостепенно лишается независимости?

– Я считаю, что ЦБ в достаточной степени независим, егоинституционально никто не ограничивает, а насколько лично председательхочет быть зависим – это вопрос личности, не ситуации. У нас впринципе и министры могут много чего делать, и председательправительства, но все они бегают к президенту и согласовывают с ним.То же самое с председателем ЦБ. По своей институциональнойнезависимости, то, как это прописано в законе, и то, как я по фактувижу, Администрация пытается влиять на ЦБ – он гораздо болеенезависим, чем правительство. Но насколько хотят этим пользоваться ипользуются – это другой вопрос.

– В последний год мы много видим, как некоторые негласные ограниченияпревращаются в гласные, облекаются в законодательную форму. На вашвзгляд, это процесс в следующем году может ускориться?

– Вы говорите про ограничения ЦБ? Я считаю, что в нынешней системе необязательно принимать закон, чтобы ограничить независимость ЦБ. Этоможно сделать и без изменения закона.

– Тем не менее, министр экономического развития Алексей Улюкаевпытался разработать документ, вынуждающий ЦБ согласовывать своидействия с правительством.

– Мне кажется, это буря в стакане воды. На самом деле, эта ситуациядостаточно часто встречается, когда у Минфина, Минэкономики иЦентрального банка на стадии составления прогнозов немножко разноевидение ситуации. И если Минфин и Минэкономики обязаны свой прогнозсогласовать перед тем, как он вносится в правительство, то ЦБформально согласовывать свой прогноз не обязан. Речь о том, чтобынеким образом смягчить эти разногласия.И в 90-е годы была такая ситуация, и сейчас она есть, что в Госдумувносится прогноз правительства, который содержит одни цифры, а потомвносятся Основные направления [денежно-кредитной политики] ЦБ сдругими цифрами.И депутаты – у них же как: либо черное, либо белое, они не знают, что
есть оттенки серого – начинают делать глубокомысленные выводы,считать, что кто-то работает плохо, а кто-то хорошо. Поэтому я в этомзамечании Улюкаева ничего серьезного не вижу, только желаниеминимизировать бессодержательные дискуссии. Они содержания не имеют:соберите нескольких экономистов, у всех будут разные оценки.

«Путину кажется, что с экономикой все в порядке»

– У президента сейчас достаточно высокие рейтинги, большой поддержкойграждан пользуются жесткие шаги во внешней политике. В связи с этим,как вы считаете, Владимир Путин мог бы решиться хотя бы частично нанепопулярные структурные реформы экономики, которые ему советует тотже [экс-министр финансов, председатель Комитета гражданских инициатив]Алексей Кудрин?

– Путин сам лично на экономические реформы не решится. Он экономику неочень хорошо понимает и тем более не очень понимает ее дефекта. Емукажется, что с экономикой все в порядке, потому что все ему послушны,а в бюджете много денег. Путин может дать правительству большуюсвободу в принятии решений, как это было в январе-феврале 2009 года,но только если будет глубочайший экономический кризис, и тогда он,может быть, отпустит вожжи и скажет: рулите сами, делайте, что считаетеправильным. В ситуации отсутствия кризиса я не вижу, что Путин можетхоть как-то развязать руки правительству.

– А в ближайшее время такого не случится?

– Не только в ближайшее. Пока Путин такой, какой есть, он не меняется.Он не готов отдать власть кому-либо.

:span[:::material_card{data-project-type="rbc__news" data-id="54242325cbb20fac648d7e9c"}

[ РБК ] Как российские чиновники возражают правительству

:::]{style="color: rgb(34, 34, 34); font-family: arial, sans-serif; line-height: normal;"}