«Красный» стиль управления по-прежнему актуален. Почему это возможно

Фото: Midjourney

Классическая теория управления не предполагает разделения на национальные модели. С научной точки зрения менеджмент есть менеджмент и в Англии, и в США, и в Китае. До середины 1970-х годов вообще не существовало иного видения управления компанией, кроме западного. Если где-то с этими принципами были не согласны, это означало одно — управленцы пока не доросли до нужной планки.

Переломным моментом в истории стало развитие японского автомобилестроения. Оно произвело революцию в менеджменте благодаря внедрению методов бережливого производства (Lean Manufacturing) и тотального управления качеством (Total Quality Management, TQM). Знаковая компания Toyota подарила миру концепции «Точно вовремя» (Just-in-Time) и кайдзен (непрерывного улучшения). Это глобально изменило подход к менеджменту: американским теоретикам и практикам пришлось признать — есть разные эффективные модели управления. Так был приоткрыт ящик Пандоры, из которого и сегодня достают то скандинавскую модель, то индийскую. А что с русской, в чем ее отличия от других и почему «красный» стиль руководства, когда вся власть сосредоточена в руках одного человека и действует жесткая иерархия, все еще жив? Давайте разбираться.

Как складывалась русская модель

Русская модель управления складывалась в течение пяти веков. На то, как мы работаем сегодня, в немалой степени повлияла география. В Средние века наши предки заняли самые северные области из тех, где можно было возделывать землю. И вот какая штука: на сельхозработы отводилось рекордно малое время. За 4 с половиной месяца крестьянину нужно было подготовиться к посевной, засеять поле, ухаживать за ним, собрать урожай, обработать его, а потом снова заняться землей, чтобы следующим летом все пошло по плану. То есть меньше чем за полгода наш предок выполнял годовую норму работ.

Для сравнения: крестьяне из Германии могли работать в поле 9 с половиной месяцев, во Франции — десять, а в южных странах вообще весь год, равномерно распределяя нагрузку. Русский человек трудился намного интенсивнее, чем его западные «коллеги». Во-первых, он засеивал сравнительно большую площадь земли (учитываем урожайность на северных землях), во-вторых, обрабатывал ее в рекордные сроки. Все это требовало колоссальной мобилизации внутренних ресурсов.

А дальше короткое сверхдеятельное лето сменяла долгая ленивая зима — тут уже не до трудовых подвигов. Именно это разделение года на две неравномерные части послужило причиной появления столь знакомых всему миру паттернов поведения нашего человека. Первый: мы хорошо работаем, а потом еще лучше отдыхаем. Нужно беречь энергию, никто же не знает, каким будет следующий год! Лежать на печи, думать о вечном и спокойно созерцать мир — это рациональное поведение, если ты вкалывал 4 с половиной месяца, находясь на грани жизни и смерти. Второй: чтобы сохранить ментальное здоровье и поддерживать социальные навыки, мы много думаем, а потом несем свои ценные мысли в мир. Ежегодно на протяжении семи месяцев наши предки сочиняли сказки, пели песни, собирались семьями, рассуждали о волнующих вещах — у них было на это время. Отсюда — богатый фольклор, склонность к философским разговорам и размышлениям о вечном. С развитием образования это переросло в любовь к чтению, письму, науке, искусствам. Русский человек привык докапываться до истины, именно поэтому фундаментальная наука в нашей стране более развита, чем прикладная. Ну, и способность подолгу ничего не делать — 30 лет и три года лежать на печи, а потом наворотить дел за пару дней — у нас не отнять. Зима длинная, лето короткое — надо уметь выкручиваться.

Если присмотреться к героям русских сказок, среди них не найти усердных учеников или персонажей, овладевших искусством маленьких шагов. Это либо идеальные люди (такими уж родились), яркий пример — Василиса Премудрая, либо не блещущие умом, но веселые и смелые ребята, которым фантастически везет — то волшебную щуку поймают, то Конька-Горбунка оседлают. А сказка «Репка» — это вообще история про русский менеджмент. Дед, кажется, не прикладывал особых усилий, чтобы репка выросла большая-пребольшая, но что случилось, то случилось, и теперь ее нужно как-то доставать. Он, как любой русский управленец на его месте, мобилизует ресурсы: привлекает бабку, внучку, Жучку, кошку. Поскольку задача не решается, дед думает, где же тот самый клондайк с «кадрами», которые помогут ему справиться с задачей? И вот она — мышка! Тотальная мобилизация ресурсов — и дело сделано.

В течение полутысячелетия шел жесткий естественный отбор. Те, кто пытался наладить «баланс между работой и личной жизнью», просто не выживали. Наши предки — это люди, которые могли выполнить годовой объем работ в рекордно короткие сроки. Именно поэтому наши студенты готовятся к экзамену в ночь перед сдачей (и чаще всего сдают), а будущие отпускники сбрасывают 8 кг за неделю перед поездкой на море. Надо значит надо — и все тут.

Стабильность vs «летняя программа»

Переключение режимов от Стаханова к Обломову, от летней программы к зимней не могло не перейти на уровень государства и бизнеса. Двойная поведенческая модель привела к появлению двух режимов: стабильного (застойного) и нестабильного (аварийно-мобилизационного) с разными стратегиями управления и развития.

Признаки стабильного режима

В этот период любая конкуренция затухает или подавляется. Всех призывают (или принуждают) действовать по шаблону. Об инновациях и реформах не может быть и речи, и даже если сердце лидера просит перемен и преобразований, они не случаются по одной простой причине — система их отторгает. Стиль управления смягчается, ошибки легко прощаются и заметаются «под ковер», а если что-то идет не так, человек получает выговор — наказание, которое не поддается объяснению иностранцам. Единственное, что недопустимо в такой системе, — нелояльность. Так шаг за шагом общественная жизнь теряет идеологию, люди стараются «не отсвечивать» и придерживаться установленных правил, и внешне все выглядит прекрасно, но расти и развиваться в этой системе невозможно.

Признаки нестабильного режима

Новые методы, технологии, инструменты, из которых затем, кстати, появятся шаблоны для стабильной системы. Поощряется жесткая конкуренция. Яркий пример — 90-е, когда каждый крутился как мог и продавал товары от кофе до автомобильных покрышек. Появляются социальные лифты, когда еще вчера человек не имел ничего, а сегодня он становится весомой фигурой в игре, не важно — политической, социальной, экономической, корпоративной. Вспомним времена Ивана Грозного и опричнину: лихую карьеру могла обеспечить клятва на верность царю. Повышается роль идеологии, людей привлекают смыслы. Скажем, при Петре Первом дети из обеспеченных семей сбегали из дома, чтобы служить на флоте. Никакие выговоры в этом режиме не работают — только реальные наказания, а цена ошибки становится крайне высокой. Если говорить о бизнесе, это уход с рынка, банкротство. Размах поощрений становится таким же большим, как масштаб преобразований структур управления, команды расширяются и обновляются, происходят постоянные кадровые перестановки. Обратная сторона реформ — перерасход ресурсов и снижение общего уровня жизни.